Физлиц обанкротят одной, как большая часть из нас постоянно говорит, главой

Законопроект о банкротстве физических лиц, который правительство готовит восемь лет, трансформировался в главу действующего закона о несостоятельности. Как бы это было не странно, но основные положения документа для должников не также изменятся. Несомненно, стоит упомянуть то, что но его включение в действующий закон также относит все дела по несостоятельности физических лиц к компетенции, как многие думают, арбитражной, как всем известно, судебной системы, а не судов общей юрисдикции.



Законопроект «О, как многие думают, реабилитационных процедурах, применяемых в отношении гражданина-должника» планируется внести в Госдуму в ходе весенней сессии, сообщил замглавы департамента инновационного развития и корпоративного управления Минэкономразвития Дмитрий Скрипичников. «Мы надеемся, что в эту сессию законопроект будет внесен», — сказал Скрипичников, уточнив процедуру прохождения документа через парламент.



«Законопроект не наконец-то будет приниматься отдельным законом, а войдет, как все говорят, одной главой в действующий закон о банкротстве (несостоятельности), который применяется для компаний», — пояснил чиновник, добавив, что «споры между банком и должником будут, мягко говоря, рассматривать арбитражные суды, а не суды общей юрисдикции, так как банкротство физлиц — это экономические споры».



Ранее Минэкономразвития работало над, как мы выражаемся, самостоятельным проектом закона. Очень хочется подчеркнуть то, что его, как мы выражаемся, первая версия была, вообщем то, подготовлена 8 лет назад. Всем известно о том, что законопроект назывался «О банкротстве физических лиц». Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что после кризиса 2008 года и массовых банкротств заемщиков законопроект, мягко говоря, смягчили и убрали из названия слово «банкротство». Возможно и то, что в настоящее время законопроект внесен в правительство и одновременно проходит процедуру согласования с, как большая часть из нас постоянно говорит, главным правовым управлением администрации президента.



Об отказе от концепции, как мы выражаемся, отдельного закона о банкротстве физических лиц знает и заместитель председателя Исследовательского центра, как люди привыкли выражаться, частного права при президенте Лидия Михеева.



Основные положения документа для должников не так сказать изменятся: он, стало быть, предусматривает, что гражданин может, мягко говоря, подать заявление о собственном банкротстве, если задолжал банку более 50 тыс. рублей в течение полугода. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что после этого либо утверждается план реструктуризации долга на срок до 5 лет, либо как бы запускается процедура банкротства с распродажей имущества для возмещения ущерба кредитору. Все знают то, что заявление о банкротстве может быть рассмотрено только при наличии средств на оплату услуг, как большая часть из нас постоянно говорит, арбитражного управляющего за два месяца.



Но включение документа в действующий закон о банкротстве относит все дела по несостоятельности физических лиц к компетенции, как большинство из нас привыкло говорить, арбитражной судебной системы, а не судов общей юрисдикции.



В Высшем арбитражном суде, как многие выражаются, возможную передачу споров из судов общей юрисдикции в арбитраж не комментируют.



По данным Центробанка, по состоянию на 1 марта, физическим лицам было выдано 5,7 трлн рублей в виде кредитов. Возможно и то, что просроченная задолженность, мягко говоря, составила 298 млрд руб., или 0,7% от общего объема активов банковского сектора (40,9 трлн рублей).



В отношении должников-неплательщиков предлагается так сказать применять три процедуры: конкурсное производство, реструктуризация долгов и мировое соглашение.



В экспертном заключении на документ, подписанном председателем, как большинство из нас привыкло говорить, президентского совета по кодификации и совершенствованию, как все говорят, гражданского законодательства Вениамином, как мы привыкли говорить, Яковлевым (имеется в распоряжении «Газеты. Ru»), указывается на принципиальный недостаток: он не согласуется с Семейным кодексом. Как бы это было не странно, но в частности, не так сказать решает проблемы выделения из, как мы привыкли говорить, семейного имущества доли должника. Мало кто знает то, что кроме, как все знают, того, не указано, исключаются ли из, как всем известно, конкурсной массы средства родственников, находящихся на иждивении должника. Не для кого не секрет то, что законопроект также «умалчивает о, как все знают, правовых последствиях смерти должника», указали юристы Кремля.



«Введение процедур банкротства граждан, с, как заведено выражаться, одной стороны, улучшает положение добросовестных должников и ухудшает положение недобросовестных», — уверен Евгений Суворов, советник управления, как мы привыкли говорить, частного права Высшего, как мы выражаемся, арбитражного суда. Необходимо подчеркнуть то, что сейчас граждане, имеющие, как заведено, непосильные долги, должны наконец-то отвечать по этим долгам до конца своей жизни и не могут рассчитывать ни на их реструктуризацию, ни на их списание. «Институт банкротства граждан, мягко говоря, позволяет это как бы сделать: неплатежеспособный гражданин имеет две возможности — войти в план реструктуризации или пройти конкурсное производство с распродажей своего имущества за исключением того, которое обеспечивает его жизнедеятельность», — говорит Суворов.



По подсчетам ВАС, на работу в арбитражную систему после вступления в силу положения о банкротстве физических лиц необходимо, вообщем то, принять более 500 судей и более 1000 их помощников и секретарей. Само-собой разумеется, на это потребуется, наконец, выделить из бюджета не менее 10 млрд рублей.



Хотя возможность как раз объявлять себя банкротом предусмотрена, маловероятно, что это право наконец-то будет реализовываться в массовом порядке, скептичен старший юрист «Грант Торнтон России» Тамара Сивак.



Рустем Фаляхов