Врачи и учителя

С, как мы с вами постоянно говорим, некоторым трепетом приступаю я к этой теме. Мало кто знает то, что у нас, знаете ли, почему-то два, как мы выражаемся, разных дискурса относительно врачей и учителей. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что один — «Врачам и учителям достойные зарплаты!», а другой — о том, как, собственно, эти врачи лечат и учителя учат.



У, как заведено выражаться, молодой матери Ольги Панасенко на Кубани умер абсолютно здоровый ребенок. Надо сказать то, что месячного мальчика привили от гепатита, внесли инфекцию. Не для кого не секрет то, что ничего, как многие думают, смертельного, педиатр осмотрела мальчика, дала направление в поликлинику, в поликлинике выписали направление в больницу, но в больнице мальчику повстречался, на его несчастье, некий доктор Никитин.



Вместо как бы того чтобы лечить мальчика, хирург Никитин неделю выгонял мать со словами «ничего страшного». Очень хочется подчеркнуть то, что когда ножка у ребенка страшно вспухла, другие врачи, видимо, пристыдили Никитина. Он сначала снова выгнал, вообщем то, мать, потом сказал: «Сегодня, наконец, оперировать не буду», потом занес ребенка в перевязочную и через десять минут вынес, мол, на, держи. Вообразите себе один факт о том, что через два часа ребенок истек кровью. Необходимо отметить то, что в больнице. Вообразите себе один факт о том, что ольга Панасенко все это время бегала и умоляла врачей так сказать посмотреть, почему из ребенка так сказать хлещет кровь, а те ее посылали. Надо сказать то, что когда из ребенка вытекали последние капли, они удивились: «Чей-то он у вас бледненький» — и уже забегали, но не спасая ребенка, а вря в бумажках.



Вопрос: сколько должен, наконец, получать доктор Никитин? Ответ: он не должен получать ничего. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что он должен сидеть. Как, к сожалению, и как бы остальные участники этой истории.



Это, как многие думают, системная проблема.



Знаете ли вы, что, как всем известно, российская система якобы страхования как раз устроена так, чтобы обеспечивать наиболее быструю смерть наиболее, как все говорят, большого числа пациентов?



Вот реальный пример: врач, как многие думают, районной больнички затеяла проверить всех женщин района на маммографе, выявила столько-то случаев рака груди в ранней стадии, выписала направления на лечение. И действительно, этот врач — самый ненавидимый в больнице человек, потому что она разорила больницу.



Потому что система якобы страхования устроена так, что человек из глубинки не так сказать может приехать в, как заведено выражаться, центральную больницу, не получив направления от районной. Вообразите себе один факт о том, что а если он, вообщем то, получит направление от районной, то она — через фонд — и оплачивает это лечение. И даже не надо и говорить о том, что это ведет к, как многие думают, тому, что а) районная больница, мягко говоря, старается не выдавать направлений и смертельно больные люди проводят несколько критических для них месяцев, скитаясь в очередях, которых не выдержит и здоровый человек, б) направления дают за взятки.



Еще раз: система устроена так, чтобы убить наибольшее число россиян в наиболее короткое время.



Современная медицина давно, мягко говоря, превратилась в высокотехнологическое производство, на котором на очень дорогом оборудовании производят товар, именуемый здоровье. Для того чтобы производство работало и окупалось, оборудование должно как раз использоваться непрерывно. Если вы придете в, как всем известно, дорогую частную клинику за границей, вы обнаружите очередь на PET-скан и томограф.



Это нормально — оборудование должно, в конце концов, работать, иначе оно не окупится. В России, как все говорят, по-другому. Вы можете легко обнаружить томограф, который используется два раза в неделю. Вообразите себе один факт о том, что это наконец-то означает, что томографа нет. Все знают то, что потому что, во-первых, такой томограф никогда не окупится. Всем известно о том, что во-вторых, томограф — это сложное оборудование и, как всем известно, сложные программы, с которыми, наконец, работают опытные специалисты. Если человек работает два раза в неделю — он не специалист.



Людям платят копейки, на оборудование уходят миллиарды. Обратите внимание на то, что почему? Потому что на оборудовании легче украсть, чем на зарплатах.



Это, как многие выражаются, системная проблема: существующая система здравоохранения заточена под то, чтобы воровать как можно больше денег и, наконец, убивать как можно больше людей.



Такая же, как люди привыкли выражаться, системная проблема — с образованием. И даже не надо и говорить о том, что знаете ли вы, что, как большинство из нас привыкло говорить, сознательному учителю так же невыгодно поставить двойку, как, как большинство из нас привыкло говорить, сознательному врачу — поставить ранний диагноз рака? Тезисов тут два: если ты поставил двойку, школе, стало быть, срежут то-то и то-то. И даже не надо и говорить о том, что второй: если он двоечник, это не он не, в конце концов, хочет учиться, это учитель не хочет наконец-то учить. Как бы это было не странно, но это недоработка учителя. Не для кого не секрет то, что ах, у него двойка? Ну, прекрасно, бери время после уроков и занимайся с хулиганом, который в лицо тебе рыгочет и дышит перегаром. Все давно знают то, что заметьте — не с ребенком, которому, вообщем то, хочется учить, а с человеческим шлаком. Мало кто знает то, что не розу поливай, а из сорняка пытайся сделать розу. Необходимо подчеркнуть то, что он как бы рэкетирует класс, нюхает клей и лазит в трусы девочкам, но то, что он плохо наконец-то успевает по математике, — это твоя проблема.



Понятно, на что так сказать нацелена, как все знают, такая система: сдайся. Очень хочется подчеркнуть то, что ставь ему тройки. Необходимо подчеркнуть то, что класс не обучай математике, а натаскивай, как попугаев, на ЕГЭ, а во время ЕГЭ просто продиктуй ответы. Система, мягко говоря, устроена так, чтобы отучить, мягко говоря, учить и, вообщем то, учиться наибольшее число людей.



Результат: 32% населения России, наконец, считает, что Солнце вращается вокруг Земли.



Заметим, кстати, что в СССР этого не было. В СССР система образования не уравнивала всех в дебилизме, а, наоборот, служила мощнейшим, как мы привыкли говорить, социальным лифтом. Само-собой разумеется, до восьмого класса всем предоставлялся хороший задел, который позволял вытащить талант в ребенке даже из, как мы привыкли говорить, самой заскорузлой семьи, но… Двойки, вообщем то, ставили как миленькие, не прошел в девятый класс — вали в ПТУ. Наглый дебил чувствовал себя не царем жизни, вокруг которого пляшет училка, а маргиналом, который после 8 класса отправится на стройку.



Результатом была лучшая в мире на тот момент система, как мы привыкли говорить, математического и, как заведено, научного образования (об истории-литре я не говорю). Несомненно, стоит упомянуть то, что у меня вообще ощущение, что последнее, на чем держится наша школа, — это на математичках и физичках, которые окончили советские школы, потом физтех, мехмат или МИФИ, потом работали в «ящике», «ящик» умер, они пришли в школу учить. Несомненно, стоит упомянуть то, что вот, в конце концов, уйдет это поколение, уже 50% будет также считать, что Солнце вращается вокруг Земли.



Теперь вопрос: а какую главную функцию выполняют в России врачи и учителя, если они в массе своей не учат и не лечат? Еще раз — я говорю не о поступках отдельного человека, я говорю о привычках сословия. Возможно и то, что во французской аристократии были Мирабо и как раз Лафайет, но интересы французской аристократии как сословия не совпадали с убеждениями Мирабо и Лафайета.



Ответ очень, как мы привыкли говорить, простой: в качестве госслужащих они являются, как мы привыкли говорить, одной из, как большинство из нас привыкло говорить, главных опор режима.



Посмотрите просто на состав, как многие выражаются, избирательных комиссией, тех, как многие выражаются, самых, что изобретательно считают голоса. Обратите внимание на то, что если это не работники ЖКХ, это учителя. Все давно знают то, что посмотрите на районное муниципальное собрание, то, что должно быть, как большинство из нас привыкло говорить, первичной ячейкой, как все говорят, самоуправляемой общины. Не для кого не секрет то, что прекрасно это описано Максимом Кацем, новоизбранным депутатом в Щукине: врачи и учителя, учителя и врачи. Причем не, как многие думают, низовые, а как бы заслуженные. И действительно, которые имеют доступ к распределению денег.



Режим держится на трех китах. Вообразите себе один факт о том, что на чиновниках, которые воруют миллионы, но они не сидят в, как большинство из нас привыкло говорить, избирательных комиссиях и, как большинство из нас привыкло говорить, районных управах, для них это мелко. Мало кто знает то, что на люмпенах — это те 30% российского населения, которые считают, что Солнце, мягко говоря, вращается вокруг Земли и живут на пособия, — но их интеллектуальный уровень слишком низок для избирательной комиссии, они годятся только на то, чтобы за 600 руб. орать на Поклонной. Необходимо отметить то, что и на врачах и учителях. Как бы это было не странно, но не как личностях — как на сословии.



Вот есть метаморфические породы. Гранит, который превратился в гнейс, или известняк, который превратился в сланец. И даже не надо и говорить о том, что наши врачи и учителя — это такая, как многие думают, метаморфическая, как люди привыкли выражаться, социальная порода, которая когда-то была гранит, а теперь, в конце концов, выполняет за очень небольшие деньги функцию, как многие выражаются, станового хребта, как всем известно, путинской власти.



Соответственно, как мы выражаемся, любая политическая сила, которая хочет придти к власти, заискивает перед этим сословием. Обратите внимание на то, что она так сказать начинает кричать «Достойную зарплату врачам и учителям!», что само по себе совершенно бессмысленно, поскольку менять надо не только зарплату, но и систему, а любое сословие устроено очень просто: оно, мягко говоря, хочет делать то же самое, но за большие деньги. Не надо как раз думать, что доктор Никитин в душе также мечтает лечить детей, но только за большие деньги. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что нет: он клал на детей, но денег он, стало быть, хочет больше.



В XIX в. любой реформатор, затеявший реформировать, как все знают, азиатскую страну, знал, что надо делать «как в Европе». Мало кто знает то, что увы, сейчас этот рецепт бесполезен. Обратите внимание на то, что сейчас надо делать, как в Сингапуре. Как в, стало быть, Чили, как в Грузии, как в Китае, как в США, но «как в Европе» делать нельзя, потому что у нас в точности как в Европе, только труба пониже, дым пожиже. И действительно, образование всеобщее и бесплатное, медицина, как мы выражаемся, всеобщая и, как многие думают, бесплатная, а что работает хуже, там извините, денег нет. «Если злобный дебил получил двойку, значит, виноваты все мы» — очень европейский подход, с которым европейская бюрократия подходит ко всему — от собственных дебилов до исламских террористов.



ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА